Могла ли думать Татьяна Тихоновна Федотова, что всего через год после призыва на службу привезут ее сына Виктора в родное село в цинковом гробу? И останется среди березок, липок и елочек скромный мраморный памятник. А рядом еще один. Вот так и лежат они — отец, трагически погибший в 1976-м, когда ему было всего 36, и сын — 19-летний парнишка, не успевший понять, что такое жизнь. А вокруг живут его одногодки. Растят детей, сеют, убирают урожай ребята, вместе с которыми Виктор Федотов когда-то работал трактористом.
Приезжая в Глоднево, где учился и работал Виктор, и на его родину в Краснополье, я встречался со многими людьми, знавшими его. Видел столы, за которыми он сидел. Доску в классе, на которой выводил: мама, папа, Родина. Дышал тем же воздухом. Но все это было без него.
Мало в семье прижизненных фотографий. Но он — во всем. В речушке за его огородом, где он любил искупаться, порыбачить, подурачиться с друзьями. В той скромно убранной спальне, где Виктор, оставшись наедине, любил почитать.
Получилось так, что мне не пришлось поговорить с его мамой. Два горя, свалившиеся на ее хрупкие плечи в какие-то шесть лет, подрубили здоровье Татьяны Тихоновны. Врачи уложили на больничную кровать. А мне не хотелось ее волновать. Зачем причинять ей еще большую боль? Поэтому, если можете, простите меня, Татьяна Тихоновна. То, чего не сказали вы, поведали ваши односельчане, учителя вашего сына. А им было о чем рассказать.
О том, как после смерти отца Виктор, старший из братьев, взвалил на свои плечи самую тяжелую работу по дому. Ухаживал за скотиной, возил, пилил и колол дрова. Был и за няньку у младшенького — Ивана.
— Знаете, — рассказывает первая учительница Виктора Варвара Матвеевна Махонина, — я и сейчас вижу Витю как живого. До четвертого класса он был моим учеником. Занимался по мере возможности. Что Виктора отличало от остальных ребят — так это скромность. Уже став взрослым, он никогда не мог пройти мимо, чтобы не поздороваться, не поинтересоваться, не нужна ли какая помощь, хотя и дома трудился от зари до зари.
— Дотошный был хлопец, — говорит Василий Никитич Махонин. — Я в те годы работал механиком в совхозе «Заря коммунизма», так он около меня так и крутился. Его интересовало все. Трудолюбом был. Даже потом, после окончания десяти классов, когда стал трактористом, частенько за советами приходил...
Через дорогу от дома Виктора Федотова живет Николай Нефедович Волчков. Хорошо помнит, как провожали парнишку в армию, как радовалась мать, получив от сына очередную весточку. Как забилась, словно пойманная в клетку птица, когда принесли страшную весть. И сразу же поехала в далекий Ташкент, где находился ее тяжело раненный сын. И как ни просила Бога и врачей, чтобы спасли ее первенца, судьба распорядилась иначе. Мать там, в госпитале, не догадывалась, что ее сын получил тяжелое ранение именно в Афганистане. Ни одним словом при их последней встрече не обмолвился и Виктор. Сказал, что заболел, скоро встанет на ноги. Так и уехала обнадеженная Татьяна Тихоновна обратно.
А почти вслед в Краснополье привезли Виктора. В гробу.
«Уважаемая Татьяна Тихоновна! С чувством большого горя и скорби сообщаем Вам о гибели Вашего сына, Федотова Виктора Степановича, умершего 29 августа 1983 года.
...Поверьте, нам очень тяжело писать слово «был», но Виктор действительно был мужественным и исполнительным воином, до конца добросовестно исполнившим свой долг перед Родиной.
Сослуживцы всегда видели в нем надежного друга и верного товарища, готового всегда, в любой момент, прийти на помощь». А дальше в командирском письме было о преданности Коммунистической партии, про «высокие морально-политические качества...». Как будто не знала мать, каким был ее сын. Был...
Идут годы. Прибавилось седины у Татьяны Тихоновны. Вырос Иван, который по примеру старшего брата трудится в совхозе механизатором.
Односельчане, с кем он жил, учился, работал, хранят память о своем земляке. В районе проводится турнир по мини-футболу памяти" Виктора Федотова, который сам любил играть.
...«У солдата вечность впереди» — есть такая строчка в любимой там песне «Кукушка». Но обманула щедрая кукушка моего земляка. Обманула.
Не до лирики сейчас, в наше спрессованное, наждачное время. И все-таки, когда приезжаю в Краснополье или Глоднево, можно сказать, физически ощущаю Витино присутствие. В речушке за огородом, в школе, на тракторном стане...
Николай Зайцев.