Астахов Александр Петрович

(Род. 1 февраля 1955 г. )

Астахов Александр Петрович - график, член Союза художников России.

Родился в г. Петропавловск-на-Камчатке.

1972 - 1977 гг. обучался на художественно-графическом факультете Орловского педагогического института (преподаватели А.И. Курнаков и Г.В. Дышленко).

1980 г. прошел повышение квалификации в Московском художественном училище.

1995 г. - член Союза художников России.

1979-1997 гг. — преподаватель Брянского художественного училища.

1997-2004 гг. — преподаватель детской школы искусств № 1 им. Т.П. Николаевой г. Брянска.

С 2004 г. преподаватель Глинищевской дет­ской школы искусств.

В выставках участвует с 1977 года.

1995,1996, 2000 гг. — международные выставки в Германии.

Персональные выставки: 1998 г. (г.Брянск)

Работы находятся в частных коллекциях России и за рубежом (Южная Корея, Польша, Германия, Франции и др.)

В творчестве Александра Астахова, прежде всего, следует отметить обилие жанров, тем, художественных приемов и стилистических особенностей. И еще одна черта, которую невозможно не заметить: автор обладает не­заурядным даром импровизатора - умением стилизовать свой изобразительный почерк под ту, или иную живописную манеру, под разные направления в искусстве. Значительную часть живописных произведений, составляют жанровые композиции. Их тематическая направленность достаточно разно­образна - от исторических, сделанных по социальному заказу, и натурно-реалистических, до романтических, с уклоном в символику. Есть работы и авангардного плана. Общее для портретов: нейтральные фон, который не отвлекает от основного, акцентировки на внутреннем "содержании" моделей и точная психологическая характеристика. Неприметное движение, запоминающаяся деталь, характерный "штрих" и образ обретают неповтори­мость, получают свое прочтение.

Среди пейзажей ведущее место занимает пейзаж лирический. В последнее время преобладают камерные работы небольших форматов. Тепло вносят незначительные, удачно найденные фрагменты: следы на снегу, полузатопленный остов лодки, просека в осеннем лесу, речная заводь... О своей графике автор отзывается так: "Графика - это моя душа". Она составляет весьма обширную и выразительную страницу его творчества.

Работает он или с чистой акварелью по-сыро­му, что дает неожиданные цветовые растяжки, или в смешанной технике, но опять-таки с превалированием первой. Охватить его графику даже беглым взглядом не представляется возможным, слишком много тем и сю­жетов занимает автора, да и количественный состав перешагнул несколько сотен листов. Объединяет его оригинальную графику образная раскованность, щедрая метафоричность, свобода "игры" линий, цветовых пятен и красочных "потеков"...

Холсты жанрового содержания (от­метим, что и начинал он как жанрист), за непритязательными сюжетами ко­торых скрываются доброе отношение к героям и непредвзятость их чувств: «В гости» (1986г.). Морозный вечер. Отстранение серебрится лунный серп. По пустынной заснеженной улице спешит молодая семья. Фигуры родите­лей и детские лица «утепляют» композицию. И как отражение их внутренне­го состояния - уют и тепло, исходящие от светящихся вдали окон многоэта­жек. «У Свенского монастыря» (1996г.). На холме возвышаются величествен­ные объемы древнерусских храмов, а на ближнем плане, на берегу реки, ле­тающий под напором детских рук мяч. Он-то и дает определенный заряд об­разу. Ощущение истории и современности. С ними по своему перекликаются полотна «Детство» (1990г.) и «Благовещение» (1996г.). В каждом - очень лично­стное отношение к миру, действительности, близкому и далекому...

Как всегда запоминаются его портреты. За каждым - характер, личность, образ. Необычной изобразительной трактовкой некоторый эпатаж у зрителя вызовет автопортрет (1999г.), задумчивой мечтательностью привлечет внима­ние портрет студентки (1989г.); в «Старике» (1990 г.) показан уставший от жиз­ни человек, он погружен в себя, но вряд ли его волнуют какие-либо мысли... В натюрмортах художник точно наслаждается материальностью, много­образием натурных форм. В одних работах кисть импульсивна и раскована -( «Вечерний натюрморт» (1995г.), изображенное словно истекает оби­лием жизнетворных сил и красок - здесь уместно провести аналогию с полот­нами участников объединения «Бубновый валет», такими как И. Машков, А. Куприн и др., в других - живопись сдержанна и «дисциплинированна», композиции уравновешенны, впечатление «правильности» и покоя, строгого порядка («Натюрморт с дыней», 1982г., «Бабушкины вещи», 1992г.).

Композиция «Юность» (1997г.) явно связана с модерном. Фрагментарность, сюжетная недосказан­ность, более насыщенные, чем в действительности, краски. В изображении девочки-девушки и в том, что ее окружает: в волшебном мерцании одуванчи­ков, фантастическом оперении райских птиц, в изогнутом «движении» стеб­лей травы - воплотились мечта и реальность, сказочность и ожидание чуда. Последние холсты и картоны заставляют по иному взглянуть на его твор­чество, ощутить его подвижность. Автор все более независим от натуры, работа над формой отходит на второй план, а первое место, по сло­вам художника, теперь занимает «путешествие по лабиринтам подсознатель­ного». За этим высказыванием «прячется» классическая аксиома авангарда.Но, на вопрос, какой «изм» ему ближе, Астахов отвечает: «Никакой. Люблю Брюллова и Иванова, Репина и Сурикова, но, наверное, неважно как ты пи­шешь, важнее то, что находится в основе твоего образа».Эти произведения можно назвать образно-эмпирическими. Среди них встречаются работы, где преобладает позитивное начало, а есть композиции, в которых верх берет чувственное «содержание». К первым следует отнести «Леду» (1997 г.) и «Взгляд» (1998 г.), для которых характерны символика, миф, экспрессивная выразительность рисунка. Внеш­нее натурное решение воспринимается отголоском той самой, скрытой от не­посвященных жизнью души. Во-вторых - чувственность, всплеск эмоций «поглощают» изобразитель­ные детали, они только намечаются, а то и отсутствуют совсем. Эти работы вызывают неоднозначность их понимания. Один и тот же образ или сюжет могут нести различные прочтения. «Бабочка» (1998 г.), например, - ее полет исполнен изящества и... тревоги. «Старик и море» (1997 г.). Переливы цвета и света, «наплывы» красочных градаций, извивы волн, искрящееся мерцание бликов и рефлексов... Автор: «Я родился на берегу океана. Для меня это не просто водная поверхность, это и мои чувства и переживания, и многое дру­гое, что не дано выразить словами». «Летучий голландец» (1995 г.). В красно­вато-бледном мареве словно тают расплывчатые очертания парусника, кото­рого, может быть, и нет в действительности, но который мы угадываем чув­ственным наитием. Таинство и мистификация отличают композицию «На неведомых дорожках» (1999 г.). Из-за оголенных ветвей дерева и сквозь ледя­ные разводы на оконном стекле неотступно, как наваждение, следят за зрите­лем огромные немигающие кошачьи глаза. В «Пространстве» (1998 г.) «хао­тичное» слияние различных субстанций, цвета и почти гравированных ли­ний, создает свою гармонию и свою неожиданную прелесть.

Столь же нова и графика Астахова. Рисунок пером и тушью он строит теперь на сочетании белого фона бумаги, отдельных изящных линий, штри­хов и пятен. Кажется, что сделано просто, даже несколько небрежно, но в этом и заключается мастерство.В пейзажных акварелях по-сырому автор отталкивается от первого им­пульса, старается уловить сиюминутное. «Объект моего внимания, - расска­зывает художник, - борьба со скоротечностью времени, остановленное мгно­вение. Надо использовать красочную палитру во всем ее многообразии». И он умеет это делать. Если в одних листах цветовые отношения контрастны, напряжены («Пальмы», 1997 г.), то в других - они как будто растворены в полу­прозрачной завесе тумана, которая придает натурному мотиву ощущение не­реальности происходящего. Так в композиции «Дагестан» (1997 г.) горные хреб­ты и сопки словно теряют материальность и плывут в утренней дымке охлаж­денного воздуха.

При обращении к работам Александра Астахова, сравнивая их, прихо­дишь к выводу о непредсказуемости его натуры, неожиданности изобрази­тельных устремлений, постоянном обновлении тем, сюжетов, стилистических приемов. Наверное, это как раз та черта, которая неотделима от творчества настоящего художника.

В. Рысюков, искусствовед, член Союза художников России

ЛИТЕРАТУРА

  • Брянская организация Союза художников России : [художественный альбом к 50-летию Организации] / авт. текстов и сост. О.И. Резникова. - Брянск. - Калининград, 2011. – С. 202
  • Рысюков, В. Александр Астахов. Живопись. Графика : буклет / В. Рысюков. – Брянск, [б.г.].